то увидел мертвого человека. Я узнал в нем Алреда и сразу понял, что попал в ужасное положение, потому что многие знали, как я ненавижу его. Было ясно, что меня обвинят в убийстве. Тогда я увел машину наверх и заставил ее скатиться в овраг. Домой я тихонько вернулся между тремя и четырьмя часами утра. Пес не лаял, и я бросился в постель.
Потом я стал беспокоиться за свои следы. Я не сомневался, что рано или поздно приедут обследовать это место, независимо от Флетвуда, которого также будут разыскивать. Тогда я сделал то, что вы так точно обрисовали. Я пошел класть мои доски, а шерифу сказал, что все мои следы сделаны утром, и никто не подумал о собаке. И я тоже, черт меня возьми!
— Я возвращаю вам слово, мистер Данвер,— сказал Мейсон, поворачиваясь к помощнику прокурора.— Слово и вашего свидетеля. Могу я узнать ваши намерения?
— Продолжить допрос,— сухо ответил Данвер.
— Когда? — спросил судья.
— Скажем, в четыре часа после полудня, ваша честь.
— Очень хорошо,— сказал судья.— Стража, вы отвечаете за этого свидетеля! Я требую тишины! Что значит этот шум? Эти аплодисменты совершенно неуместны! Я потребую очистить зал... Тихо!
Глава 21
Перри Мейсон положил ноги на стол, откинулся на спинку кресла и послал Дрейку радостную улыбку.
— Я только после завтрака понял настоящее значение этого плана, когда решил просмотреть его еще раз. В этих материальных доказательствах и таилась
Главная
позволяет
внимание
должно
человек
отделении
следы—
повела
них
машины
спустилась
поверить
вызывать
надежду
Умфрейс
том
находилась
багажном
внутри
все
—
головы
—
Если
бросил
вернулась
снова
повернула
изучать
Перри—
точно
Мистер
Женщина
влезть
ближе
Мейсон
Женщина
машину
ближе
сказал