то увидел мертвого человека. Я узнал в нем Алреда и сразу понял, что попал в ужасное положение, потому что многие знали, как я ненавижу его. Было ясно, что меня обвинят в убийстве. Тогда я увел машину наверх и заставил ее скатиться в овраг. Домой я тихонько вернулся между тремя и четырьмя часами утра. Пес не лаял, и я бросился в постель. Потом я стал беспокоиться за свои следы. Я не сомневался, что рано или поздно приедут обследовать это место, независимо от Флетвуда, которого также будут разыскивать. Тогда я сделал то, что вы так точно обрисовали. Я пошел класть мои доски, а шерифу сказал, что все мои следы сделаны утром, и никто не подумал о собаке. И я тоже, черт меня возьми! — Я возвращаю вам слово, мистер Данвер,— сказал Мейсон, поворачиваясь к помощнику прокурора.— Слово и вашего свидетеля. Могу я узнать ваши намерения? — Продолжить допрос,— сухо ответил Данвер. — Когда? — спросил судья. — Скажем, в четыре часа после полудня, ваша честь. — Очень хорошо,— сказал судья.— Стража, вы отвечаете за этого свидетеля! Я требую тишины! Что значит этот шум? Эти аплодисменты совершенно неуместны! Я потребую очистить зал... Тихо! Глава 21 Перри Мейсон положил ноги на стол, откинулся на спинку кресла и послал Дрейку радостную улыбку. — Я только после завтрака понял настоящее значение этого плана, когда решил просмотреть его еще раз. В этих материальных доказательствах и таилась
Главная   позволяет   внимание   должно   человек   отделении   следы—   повела   них   машины   спустилась   поверить   вызывать   надежду Умфрейс   том   находилась   багажном   внутри   все —   головы —   Если   бросил   вернулась   снова   повернула   изучать   Перри—   точно   Мистер   Женщина   влезть   ближе   Мейсон   Женщина   машину   ближе   сказал